Category: общество

Дзяды. ОБЫЧАИ И ТРАДИЦИИ БЕЛАРУСИ

Дзяды
Отличительной чертой белорусского народа всегда являлось уважение к своим предкам, к своим корням. В календаре белорусов было больше пяти дней в году, когда поминали умерших, и эти дни обычно назывались Дзяды. Праздновали их на Масленицу, на Радовницу, на Троицу, перед летним праздником Петра и Павла, а также осенью. Осенние Дзяды всегда считались самыми главными. Правда, одной точной даты празднования не было.
Обычно осенние Дзяды отмечались на третью субботу после Покрова (14 октября), но в разных регионах даты могли меняться. В современной Беларуси этот праздник четко зафиксирован – 2 ноября у нас отмечается День памяти. Дзядами (дедами – по-русски) называли не только самих предков, но и их души.
В этот день - день празднования Дзядов – было принято устраивать ужин в честь умерших предков. Перед этим все члены семьи мылись в бане. При этом нужно было обязательно оставить немного воды и веник, чтобы предки тоже могли помыться, и пришли к ужину чистыми.
Ужин должен был быть богатым, а беседа – веселой. Предки должны были хорошо поесть и повеселиться, иначе они могли бы наслать несчастья на семью. Начинал вечер хозяин дома: он со свечкой в руках обходил праздничный стол, а потом открывал все двери и окна и звал предков на ужин. Звать надо было всех по именам. Это доказывало, что свой род ценили и помнили всех, кто дал жизнь семье.
По поводу блюд единства не было: в каких-то районах на стол ставили четное количество кушаний, в каких-то – нечетное. Некоторые утверждали, что на столе должно быть только три блюда, а выпить можно было только три чарки. Но как бы не отличались обычаи, объединяло их одно – на столе обязательно стояла дедовская миска и чарка. И каждый член семьи отливал в нее питье и накладывал еды. То есть: сам взял и с предком поделился. Чаще всего все несъеденные блюда оставляли на столе, чтобы предки могли спокойно пировать до утра.
Во время ужина вспоминали свой род, своих дедов и прадедов. Рассказывали забавные случаи, связанные с ними, их советы. Когда ужин подходил к концу, хозяин произносил молитву, а потом тушил свечу. Делалось это либо кусочком хлеба, либо блином. После этого все смотрели, куда пойдет дым. Если он шел вверх, то в семье все должно было быть благополучно. А если он шел в сторону, особенно – к дверям, то в доме вскоре должен был быть покойник. Еще в конце трапезы хозяин произносил такие слова: «Дзяды, погостевали у нас, попировали, а теперь уходите!» Чтобы быть уверенными, что предки действительно покинули дом, остриями в сторону порога ставили борону.
После ужина предков надо было развлечь – пляской, песней, маскарадом. Богатые люди в этот день устраивали фейерверки. Говорили, что если в ночь празднования Дзядов не лечь спать, то можно увидеть предков.
Взял отсюда - http://probelarus.by/belarus/information/tradition/diady_obychai_i_tradicii.html

П.С. Вот завтра и поедем в Рогачев на могилки близких людей.

Так быть Дому-музею Владимира Короткевича в Рогачеве?

21 августа в Рогачевском райисполкоме председатель Гомельского облисполкома Геннадий Соловей провел приема граждан и ответил на вопросы по телефону (прямая линия). С вопросом создания мемориального музея белорусского писателя Владимира Короткевича в Рогачеве в доме, где он проживал и работал над многими своими произведениями обратился А.С.Лейкин - директор Рогачевской СШ № 4 имени В.С.Величко, историк по образованию и краевед, житель Рогачева.
"Сегодня этот дом и комната писателя сохранены. Однако строение приходит в упадок: проживающие там люди имеют инвалидность, им сложно поддерживать строение в должном порядке", - пояснил он.
На встрече краеведов, прошедшей в субботу Алесандр Самуилович рассказал нам о своем разговоре с губернатором и поведал о ситуации, сложившейся с домом, в котором проживал и творил знаменитый писатель.
Как ему стало известно, далекие родственники Короткевича - Гринкевичи, проживающие в этом доме, ввиду своей инвалидности и вообще слабости здоровья, намерены выставить этот дом на продажу с целью купить отдельную благоустроенную квартиру. Ни сам хозяин дома (инвалид, лежачий), ни его супруга, самостоятельно не могут подготовиться к зиме (заготовить дрова и другое топливо для печного отопления дома). Реальной надежды на своего сына не рассматривают. Да и содержание или поддержание дома в обитаемом состоянии представляется им проблематично.
Ранее А,С.Лейкин обращался к председателю Рогачевского райисполкома с предложением о предоставлении семье Гринкевичей, взамен их дома, благоустроенного жилья в городе, а дом взять на баланс города и, произведя необходимый ремонт, оборудовать в нем филиал музея. При этом сделать из него по внутреннему содержанию исключительно посвященным писателю.
Ответа на свое обращение Лейкин А.С. не получил...
Лейкин также отметил, что в голосе губернатора слышалась неподдельная заинтересованность в создании подобного ПАМЯТНИКА Короткевичу.
Ситуация с домом в котором проживал Короткевич бурно обсуждалась краеведами.


Разные были мнения о дальнейших действиях, потому что беларусы уже давно привыкли к стандартному ответу местных властей - нет денег!? А в данном случае - нет возможности предоставить социального жилья семье Гринкевичей и нет денег на ремонт и переоборудование их дома под филиал музея.
И главное - если Гринкевичи продадут эту свою собственность, то для жителей Рогачева и всех почитателей творчества Короткевича будет навсегда потеряна уникальная возможность связать его имя с Рогачевщиной - малой родиной его матери. Со всеми вытекающими возможностями для города...
Очень жаль, что на встрече небыло представителей ни райисполкома, ни Совета депутатов, ни музея Народной Славы и ни Центра туризма и краеведения. Было бы очень интересно послушать их мнение по поднятому вопросу.
Могу только предположить какой будет ответ на обращение к губернатору - в настоящее время такой возможности не имеется...
Считаю возможным напомнить местным властям, что буквально сразу после проведения в Рогачеве республиканского Дня письменности, один из очагов культуры - выставочный зал, превратился в коммерческое предприятие...
Так может пришла пора обратить внимание на мнение общественности?

П.С. Фото предоставил Д.Садовский

Встреча краеведов в Рогачеве

Стало уже доброй традицией проводить встречи рогачевских краеведов в конференц-зале Дома книги. И хочется выразить огромную благодарность хозяйке этого прекрасного помещения - директору Центральной районной библиотеке Голубевой Татьяне Николаевне за бескорыстную помощь местным краеведам.
Хочется отметить, что на встречу прибыли и новые лица в краеведении...
Для встречи было несколько поводов. Прежде всего, это выход очередного номера издания Местной краеведческой инициативы - Рогачевского сшытка, анонс которого был чуть ранее.
Не менее важным поводом для встречи было обращение одного из наиболее активных и знающих краеведов города Александра Самуиловича Лейкина к губернатору Гомельской области Геннадию Соловей с вопросом о создании мемориального музея белорусского писателя Владимира Короткевича в Рогачеве в доме, где он проживал и работал над произведениями. Именно этой проблеме и была посвящена вторая часть встречи.

В ходе презентации Сшытка авторы кратко рассказали о своих публикациях. Было отмечено, что этот номер вышел в несколько другом формате, отличном от ранее изданных (А5, цветная печать, много вставок с исторической информацией и др.). С другой стороны - малое количество авторов публикаций говорит о непонятном явлении: в городе и районе довольно много людей, интересующихся историей своего края, самостоятельно занимающихся собиранием различных фактов из его жизни. А вот обобщить собранный материал и довести его до жителей города и района - на это отваживается не каждый.
Особенно проблематично приобщение молодого поколения к изучению истории малой родины. Замечено не единыжды: на различных встречах молодежь с удовольствием слушает исторические рассказы о прошлом Рогачевщины. Но вот самостоятельно, без указки взрослых, изучить какой-то факт или событие - не решается, не говоря о том, чтобы об этом рассказать другим.
Сообща, было принято решение о выпуске еще не менее двух номеров Сшытка до конца этого года, в том числе одного к ежегодным Поладенковским чтениям, которые планируются в декабре.
О обсуждении обращения к губернатору - читайте в следущем посте.

П.С. Фото предоставлено Д.Садовским

Синагога таки стала музеем

Синагога таки стала музеем: здание разрушенной бобруйской синагоги получило вторую жизнь

Когда-то Бобруйск считался неофициальной еврейской столицей Беларуси. В 1897 году тут жили 20 тысяч 438 евреев, или 71% от всего населения города. Затем было две волны, когда евреи массово покидали Бобруйск. Первый раз — после Октябрьской революции, второй — в конце 80‑х — начале 90‑х годов, когда в Союзе открыли границы. Уезжали в Израиль, Канаду, США. И вот спустя много лет наш город снова наполнился той атмосферой — на открытие музея под открытым небом съехались евреи со всего мира.
Торжественное открытие музейного комплекса «Еврейский дворик» состоялось в воскресенье, 4 августа. Находится он на Чонгарской, 31. Мероприятие собрало много людей — огороженная площадка не смогла вместить всех посетителей. Уютный дворик стал местом встречи старых друзей и знакомых, которые тепло приветствовали друг друга. По словам раввина г. Бобруйска Шауля Хабабо, в этот день в наш город приехали около 70 евреев из-за границы. Поздравить жителей и гостей города с таким замечательным событием пришли председатель Бобруйского гор­исполкома А. В. Студнев и зампред горсовета депутатов В. В. Широкая.
В начале праздника свои стихи о Бобруйске прочитал председатель совета еврейской городской общины поэт Леонид Рубинштейн.
— Мы все — большая семья, и у нас сегодня великий праздник, — сказал в приветственном слове Шауль Хабабо. — Когда мы смотрели на это здание три года назад, оно выглядело невозможно. Благодаря вам стало возможно восстановить эти стены. Спасибо вам большое! С праздником!
Шауль Хабабо вручил председателю горисполкома Александру Студневу ценный документ. Это выписка из документа Совета по делам религий при Совете министров СССР от 2 августа 1990 года о регистрации в Бобруйске иудейского религиозного общества и передаче ему здания бывшей синагоги на улице Чонгарской, 31.
Александр Викторович сказал, что дворик станет местом притяжения не только для горожан, но и для тех, кто будет приезжать в наш город.
— Было как-то неправильно. Мы имеем большую еврейскую общину, говорим о том, что мы в какой-то степени еврейский город. У нас должна быть своя история. И вот то, что мы сегодня видим — это начало ее восстановления.
Сам по себе дворик — это отреставрированные две стены разрушенной синагоги, беседка, клумбы, газон и дорожки. На стены поместили картины о жизни евреев кисти художника Йехиэля Офнера. По словам Шауля, скоро сюда проведут электричество, и тогда картины будут подсвечиваться лампами в темное время суток. В планах — создать целый еврейский квартал. Уже сейчас можно ознакомиться с его концепцией, главным архитектором которой является Галина Левина.
— Планируем двухэтажный музей, который будет объединять в себе постройку старого и нового стиля. Стены синагоги останутся, а к ним пристроится стеклянное здание. Целиком здание музея будет рассказывать о старом и новом времени соответственно. Это стоит дорого, примерно миллион долларов. Но мы не боимся больших цифр, — рассказал Шауль Хабабо.

Читать полностью - https://komkur.info/obshchestvo/sinagoga-taki-stala-muzeem-zdanie-razrushennoj-bobrujskoj-sinagogi-poluchilo-vtoruyu-zhizn

1919 год. Сентябрь. Создание Ревкома.

Из Бюллетеня № 1 газеты Рогачевского Ревкома за 16 сентября 1919 г. Вторник.
 Приказ № 1
§1 Постановлением Рогачевского Уездного Исполнительного Комитета совместно с представителями ВЦИК и Губисполкома от 14-го сентября 1919 г. образован вместо Исполкома Революционный Комитет в составе: Председателя Михаленко, членов Кузнецова, Володько, Солдатова и секретаря тов. Самусевича, который является высшим органом гражданской власти в городе и уезде.
Все отделы Исполкома являются Отделами Ревкома и безусловно подчиняются ему. Все распоряжения Ревкома носят характер приказа и должны беспрекословно и быстро выполняться.
§2 Ревком подтверждает постановление Уездного Исполкома об объявлении Советских гражданских учреждений на военном положении.
Никто из сотрудников не имеет права отказаться от работы в неурочное время, причем эта работа не оплачивается.
Заведующие Отделами не имеют права устраивать и командировать без разрешения Ревкома, а сотрудники Отделов без разрешения завед. Отделами.
Штемпели, слепки и печати Исполкома и Отделов остаются в силе. Бумаги, удостоверения и проч. от Ревкома удостоверяются печатями Исполкома.
Не исполняющие распоряжения Ревкома будут предаваться суду по законам революционного Трибунала.
Председатель – Михаленко
Члены – Кузнецов, Солдатов.
Секретарь - Самусевич

Минский «Нюрнберг»

15 января 1946 года, в Минске начался процесс над военными преступниками, который стал составной частью международного суда над нацистскими преступниками, проходившего в немецком городе Нюрнберг. Не все жители нашей страны, родившиеся спустя десятилетия после Великой Отечественной войны, знают о том событии, прошедшем на белорусской земле. Событии, которое получило название «Минский «Нюрнберг».
О том, как это было, в беседе с нашим корреспондентом рассказал доктор исторических наук Анатолий Шарков.
— Анатолий Васильевич, пожалуй, вы один из первых белорусских историков, кому в свое время удалось снять завесу секретности с событий, связанных с пленением нацистов на территории Беларуси и последующим возмездием, которые до недавних пор являлись достоянием закрытых хранилищ…
— Между тем для установления и расследования злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их пособников уже Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 ноября 1942 года были образованы Чрезвычайная государственная комиссия СССР, а также республиканские, краевые, областные и районные комиссии. Они имели право поручать надлежащим органам производить расследование, опрашивать потерпевших, собирать свидетельские показания и иные данные о насилиях, зверствах, массовых убийствах, грабежах, разрушениях и других преступных действиях гитлеровских оккупантов и их пособников.
В Беларуси такую комиссию, созданную в начале 1944 года, возглавил первый секретарь ЦК КП(б)Б Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко. Акты, сообщения и другие материалы Чрезвычайной государственной комиссии широко использовались на Нюрнбергском процессе, а также на процессах, проходивших впоследствии на белорусской земле. Они были признаны судебными органами бесспорными доказательствами вины немецких военных преступников.
— Минский процесс, проходивший с 15 по 29 января 1946 года, был первым из процессов, состоявшихся на территории Беларуси над бывшими военнослужащими вермахта и сотрудниками немецких карательных органов?
— Да, тогда перед судом военного трибунала предстали 18 бывших военнослужащих германской армии и полиции.
Началу суда предшествовала большая организационно-подготовительная работа. Всех проходивших по делу военнопленных доставили в располагавшуюся в Пищаловском замке тюрьму НКВД № 1 (ныне здесь находится следственный изолятор № 1, более известный среди людей как «Володарка». — ​Авт.) и разместили в главном корпусе на втором этаже. Для их охраны были подобраны надзиратели, положительно зарекомендовавшие себя за период работы в учреждении. Им строжайше запрещалось общаться с заключенными, а также вести в коридоре между собой разговоры, касающиеся обвиняемых.
Тщательный контроль был установлен и за обвиняемыми военнопленными. Он осуществлялся десятью секретными сотрудниками НКВД, помещенными в камеры вместе с обвиняемыми. В их задачи входило не только получение интересующей следствие информации, но и недопущение со стороны обвиняемых самоубийств. Полученная от секретных осведомителей информация систематизировалась и отражалась в ежедневных агентурных отчетах. Например, в справке, составленной 17 января 1946 года, отмечалось, что «обвиняемый Роденбуш ведет себя довольно скрытно, с немецкой аккуратностью следит, чтобы его не обделили пищей. По части его обвинения реагирует пока нормально, нервозности не наблюдается. Настроение хорошее. По окончании процесса имеет надежду быть освобожденным и попасть в Германию. Имеет намерение в суде разоблачать в преступной деятельности подсудимых генералов. В ночное время спит хорошо».
Суд в Минске по делу о злодеяниях гитлеровских захватчиков во время оккупации Беларуси положил начало судебной практике по применению уголовного законодательства к лицам, виновным в преступлениях против человечества…
— … и не стал последним открытым процессом над нацистами на белорусской земле?
— Впоследствии открытые судебные процессы над врагами, изобличенными в совершении воинских преступлений на территории республики, состоялись в Бобруйске, Витебске и Гомеле.
Газета «Красноармейская правда» в номере за 16 января 1946 года опубликовала заметку под заголовком «Судебный процесс по делу о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков в Белорусской ССР».
В ней говорится, что 15 января в Военном трибунале округа заседание началось со слушания дела о злодеяниях, совершенных немецко-фашистскими захватчиками в Белорусской ССР.
«К судебной ответственности привлечены 18 человек: генерал-лейтенант германской армии Рихерт Иоган Георг — ​бывший командир 280-й охранной и 35-й пехотной дивизии; генерал-майор полиции бригаденфюрер «СС» — ​Герф Эдгард — ​бывший начальник полиции Белоруссии и заместитель начальника главного штаба по борьбе с партизанами; генерал-майор германской армии Эрдмансдорф Готфрид Генрих — ​бывший комендант г. Могилева и Могилевского укрепленного района; подполковник полиции Вайсиг Георг Роберт — ​бывший командир 26-го полицейского полка; капитан полиции Фальк Эрнест Август — ​бывший командир батальона 26-го полицеского полка; майор Молл Рейнгард Георг — ​бывший комендант г. Бобруйска и Паричей; капитан германской армии Лангут Карл Макс — ​бывший заместитель начальника лагеря 131 в Бобруйске; обер-лейтенант «СС», криминал-комиссар гестапо Кох Ганс Герман — ​бывший начальник полиции безопасности в Орле, Орше, Борисове и Слониме; Бурхард Рольф Оскар — ​зондерфюрер Бобруйской комендатуры; капитан германской армии Битнер Август Иозеф — ​зондерфюрер, бывший комендант сельхозкомендатуры Бобруйского района; капитан германской армии Гетце Бруно Макс — ​бывший заместитель коменданта Бобруйской комендатуры; капитан германской армии Айк Пауль Карл — ​бывший заместитель коменданта г. Орши, и бывшие военнослужащие немецкой армии Митман Бруно Франц, Гесс Франц Карл, Фишер Гайнц Иоган, Хехтль Ганс Иозеф, Гетерих Алоиз Кильян и Роденбуш Альберт Иоган.
Дело рассматривается в открытом судебном заседании Военного трибунала в составе председательствующего генерал-майора юстиции тов. Кедрова и членов — ​полковника юстиции тов. Виноградова и полковника юстиции тов. Сахарова с участием военного прокурора генерал-майора юстиции тов. Яченина и защитников по назначению суда — ​адвокатов т т. Гаврилова, Татаринцева, Савенко, Плевако, Жудра, Бедросова, Михальского, Малахова и Петренко.
На заседании было оглашено обвинительное заключение».
Безусловно, виновные в этих злодеяниях должны были понести суровую кару.
Приговор над немецко-фашистскими захватчиками, чинившими злодеяния в Беларуси, приведен в исполнение.

Читать полностью - https://vsr.mil.by/2016/01/15/minskij-nyurnberg/

«Бабы ещё нарожают».

«Бабы ещё нарожают»: откуда и зачем взялась эта русофобская фальшивка
Автор: Анатолий Вассерман
4 марта 2016

Краткое описание мифа

«Бабы ещё нарожают». Эту фразу — в значении «нечего жалеть работников/солдат/людей вообще» – приписывали очень многим деятелям русской истории. Она приводится как доказательство якобы присущей российскому государству кровожадности и небрежного отношения к жизням собственных граждан.

Происхождение мифа и его применение

В культурный обиход фраза вошла с лёгкой руки авторов фильма «Пётр Первый». Этой фразой пытается утешить молодого царя, потерпевшего катастрофическое поражение при осаде Нарвы и оплакивающего погибших солдат, один из его полководцев Шереметев: «Не кручинься, государь, бабы ещё нарожают». Если верить этой легенде, кстати, то очень многие из приписывающих эту фразу Шереметеву добавляют, что царь за эти слова от всей души ударил будущего фельдмаршала в морду.

Эта «цитата» воспроизводится и множится, в основном, во всяких злых русофобских филиппиках. И приписывается великому множеству исторических персонажей – кроме Шереметева, и самому Петру I, и Меншикову, и Екатерине II, и Николаю II…  И, конечно же, Георгию Жукову, которого принято обвинять в чудовищной кровожадности и чудовищных же кровопролитиях.

А.В. Исаев, исследовав документы, показал, что при прочих равных условиях именно у Жукова были наименьшие боевые потери из всех советских военачальников. Другое дело, что Жукову крайне редко доводилось действовать «при прочих равных условиях». Как известно, кто везёт, того и грузят. И именно Жукову приходилось регулярно решать боевые задачи такого уровня сложности, с которыми просто не справились бы другие наши полководцы. Поэтому у Жукова в среднем за войну потери были наибольшие, но это — никоим образом не из-за какой-то жуковской кровожадности, а исключительно из-за того, что задачи ему поручались наитруднейшие.

Сохранилось множество приказов Жукова, в которых он подробнейшим образом объяснял своим подчинённым, как именно следует вести боевые действия в той или иной реальной обстановке, чтобы предельно сократить потери.

Про жуковский же «бабынарожайный» подход нам известно как бы из мемуаров Эйзенхауэра. Но – не из самих мемуаров, а из пересказа их кустарными «разоблачителями». Вот так трактует американского полководца Володарский – режиссёр фильма «Штрафбат»: «Генерал Эйзенхауэр в своих воспоминаниях пишет, как он увидел под Потсдамом огромное поле, устланное трупами русских солдат. Выполняя приказ Жукова, они штурмовали город в лоб под кинжальным огнём немцев. Вид этого поля поразил Эйзенхауэра. Ему стало не по себе, и он спросил Жукова: "На черта вам сдался этот Потсдам?". А Жуков, — я, говорит, точно помню это, — ответил: "Ничего. Русские бабы ещё нарожают!"»

Конечно, в книге самого Эйзенхауэра ничего такого нет.

Нет там и эпизода, где Жуков якобы рассказал Эйзенхауэру, как гнал своих солдат разминировать минные поля своими ногами. На самом автор вспоминает, как обсуждал с Жуковым некоторые бои, в которых им приходилось участвовать, и как они оба пришли к выводу, что не только военная теория, но и их собственный боевой опыт доказывают: в том случае, если войска вышли на границу минного поля и с противоположной стороны этого поля противник ведёт обстрел, — то немедленная атака через неразминированное поле влечёт меньшие потери личного состава, чем попытка остановиться и дождаться подхода сапёров. И оба порадовались тому, что такие тяжёлые решения им приходилось принимать крайне редко.

На самом деле

В реальном русском миропонимании такие вещи не только говорить, но и думать не пристало.

Почему так – я разъяснял в своё время в статье «Наша сила — в том, что нас мало». Причина в том, что Россия – исторически страна малонаселённая. Плотность населения у нас всегда (даже когда наша территория не доходила и до Волги, а вся вытянулась вдоль Янтарного пути — из варяг в греки) была в разы меньше, чем в любой из европейских стран к западу от неё. Соответственно, ценность каждой человеческой жизни в России была многократно выше.

Это объективное обстоятельство породило в русском народе такой уровень гуманности, какой в большей части европейских народов трудно себе даже вообразить. По этой же причине, кстати, ставшая уже легендой советская модель образования были именно такой – фундаментальной, всеобщей и обязательной. Потому что количественная нехватканарода естественным образом принуждает государство совершенствовать качество знаний и умений каждого гражданина – даже независимо от его желания.

Отчасти это же обстоятельство спровоцировало у нас и склонность, искренне скорбя, преувеличивать, доводить до невероятных степеней любую жестокость и любое настоящее кровопролитие. Так, масштаб сталинских репрессийразличные разоблачители по сей день пытаются умножить в 10-20 раз – хотя и реальные цифры сами по себе трагичны. А легенду о чрезвычайной жестокости Ивана IV Грозного и вовсе породил он сам – отмаливая персонально каждого казнённого и умученного по его повелению. И, хотя репрессивная политика Ивана Васильевича была более чем умеренной по тогдашним европейским меркам, потомки не сочли возможным увековечить царя на памятнике «Тысячелетие России».

Но вернёмся к «Бабы нарожают».

Единственный документ

На самом деле в русской истории есть только один письменный авторский документ, где приводится фраза, хоть как-то похожая на мифическую «Бабы нарожают»: «Генералы знают, что у нас ещё много солдат в России, и поэтому не щадят жизней». Это – из письма императрицы Александры Фёдоровны Николаю II от 4 (17) августа 1916 г. И из этой цитаты, и тем более из текста всего письма нетрудно понять, что императрица переживает фронтовые потери как личную трагедию, обвиняет в них – возможно, сгоряча – военачальников русской армии и взывает к мужу повлиять на них.

Повторяю: это – единственный документ. Как из него можно сделать вывод о «кровожадности» конкретных российских военных и государственных деятелей и, тем более, распространить его на всех на них – от Петра I до маршала Жукова, – уму непостижимо.

Отсюда.

Местечко Свержень. Жизнь и борьба в оккупации

В 4-м номере Рогачевского сшытка опубликован материал полковника КГБ в отставке Кадуцкого С.М. под названием С ВРАГОМ СРАЖАЛИСЬ СВЕРЖЕНСКИЕ ПАТРИОТЫ.
Хочу отметить, что Степан Максимович всегда, во всех своих публикациях очень серьезно подходит к подборке материалов. А  отдельные сведения в этом совершенно новом материале вообще ранее считались не доступными...
Вот этот материал без сокращений и правки. Все выделения жирным - мои.
О подпольщиках и партизанах местечка Свержень написано немало. Однако многие эпизоды из жизни местного подполья остаются еще недостаточно освещенными. На основании ставших доступными ряда документов попы¬таюсь сообщить о конкретных лицах и их боевой деятельно¬сти на стадии становления и развития патриотического движения в данном населенном пункте в период Великой Отечественной войны.
С момента нападения фашистской Германии на Советский Союз было принято Постановление СНК СССР «О борьбе с парашютными десантами и диверсантами против¬ника в прифронтовой полосе». Этот документ предусматривал создание в каждом районе истребительных батальонов. В Журавичах под руководством партийных органов и районного отдела УНКВД такой батальон уже начал формиро¬ваться на 3 день войны. Параллельно в сельских советах создавались истребительные группы, которые имели посто¬янную связь с районными партийными и советскими орга¬нами. Такая истребительная группа была создана и в мес¬течке Свержень. Ее командиром была назначена  Корниенко Т.Ф. В этом населенном пункте располагалась Сверженская территориальная партийная организация, которая была одной из крупнейших в Журавичском районе.  Она оказывала свое влияние на работу 7-и колхозов, 4-х школ, скипидарного завода, сельпо, лесничества, сплавучастка, 2-х промартелей (портняжная и сапож¬ная), хлебопекарни, почты, аэродром и маслозавод В местечке проживали: евреи, белору¬сы и представители других национальностей.
Перед истребительной группой стояли задачи применительно к условиям военного времени. Было принято решение два раза в неделю собирать руководителей организаций и учреждений, колхозов и совхозов для информации и получения указаний. Бойцы несли круглосуточное дежурство, бдительно охраняли колхозное имущество, склады сельпо, хлебопекарни и промартели.
Истребительная группа еще до оккупации территории задержала на Днепре в районе Сверженя 9 немецких разведчиков, 5 шпионов, уничтожила авиадесант. Под лозунгом «ничего не оставим врагу» организовала отправку скота с колхозных ферм в советский тыл, уничтожала неубранные посевы.
Так, из особого отдела поступила информация, что на территорию Сверженского сельского совета несколько раз приходила с разведывательной целью жена работника Рогачевской картонной фабрики, немка по национальности. Она работала по заданию окку¬пантов и по данным разведки в очередной раз переехала через Днепр между Вищином и Кистенями, отправившись в направлении леса, где находились наши войска. Истребительная группа начала преследование и в тот же день обнаружили ее в дерене Юдичи у своих родственников.
В конце июля 1941 года над лесом около Свержени кружился вражеский самолет. После его отлета в кустах возле речки в разных местах заблестели огни фонариков. Бойцы истребительной группы были подняты по тревоге и направлены в эту местность. Завязалась перестрелка, и вражеский десант был уничтожен.
Через несколько дней в доме священника задержали две шпионки. Здесь помощь истребительной группе оказал сам священник. Он завел шпионок в дом, а сына направил в истребительную группу.
Во второй половине июля 1941 года райком партии начал подборку лиц для работы в подполье. Этим вопросом занимались секретари райкома Шлыков Н.Ф., Масленниковский И.М. и председатель райисполкома Мышак Ф.И. Было отобрано значительное коли¬чество будущих подпольщиков, как из числа коммунистов, комсомольцев, так и беспар¬тийных активистов. От Сверженской партийной организации руководителем в подполье оставалась Корниенко Т.Ф.
Совместно с НКВД были подобраны и направлены на обучение в школу диверсантов при ЦК КПБ 14 человек, которые должны были дезорганизовывать работу на комму¬никациях противника и оказывать помощь подпольщикам в диверсионной работе.
Из Постановления ЦК КПБ от 2 августа 1941 года:
Слушали: О направленны групп Балашова и Науменок в Журавичский район.
Постановили:
1.Направить в Журавичский район группы т.т. Балашова Г.А., Шаболтас В.А., Бондарева И.Т., Сидоренко А.П., Черненко К. Ф., Руденкова А.П., Гончарова А. Ф., Пашкова В.Н, Федосенко С. Т., Науменок Е.Р., Николаева С.Д., Цулигина С.В., Короленко П.П., Рябцева А. С.
2.Обязать группы Балашова, Науменок в случае вынужденного отступления час¬тей Красной Армии из Журавичского района и занятия его противником, оставаться на территории района и непрерывными диверсиями дезорганизовать движение противника по шоссейной дороге Журавичи-Пропойск, Журавичи-Буда-Кошелево, и по грунтовым до-рогам Журавичи-Быхов, Журавичи-Корма. Минировать отдельные участки дороги, взрывать мосты, уничтожать танки, автотранспорт, базы горючего, боеприпасов и продо¬вольствия, разрушать связь.
3.Утвердить задачи группам. Принято единогласно.
В августе началась подготовка к закладке баз с продовольствием, одеждой, обу¬вью, медикаментами. 8 августа 1941 года в Свержень прибыл Мышак Ф.И., исполняющий обязанности 1 секретаря райкома партии, так как первый секретарь райкома Шлыков Н.Ф. был убит 2 августа осколком снаряда. Совместно с Корниенко Т.Ф. и Науменок Е.Р. ос¬мотрели местность, подобрали места явок. Приняли решение закладывать базу в Федоровском лесу. Корниенко Т.Ф. совместно с председателем сельского совета Бердниковым А.С. и Науменком Е.Р. занялись этим вопросом. В лесу около места явки зарыли продук¬ты. Заготовили свинину, ржаную муку, пшено, закапали бочку спирта. Определили и срок сбора на место явки.
Затем лица, которых планировали оставить для подпольной работы, были вызваны в Гомель на инструктаж. Среди них была Корниенко Т.Ф., Масленниковский И.М., Мышак Ф.И. и др. Добираться пришлось ночью, так как днем свирепствовала немецкая авиация.
Для инструктажа будущих подпольщиков и партизан в Гомель прибыли Пономаренко П.К. и один из генералов. Прослушать рекомендации будущие подпольщики смогли только в один день. Началась активная бомбежка Гомеля и занятия прекратились. Слу¬шателей вывезли в Гомельский район, где они и были застигнуты немецкими мотоцикли¬стами.
С большим трудом и опасностями 25 августа Корниенко Т.Ф., удалось добраться до Федоровского леса. По заявлению лесника, ее уже разыскивали немцы. На месте явки никого не было. Никаких признаков, что в лесу кто-то есть. Подойдя к складам, она увидела, что ямы открыты, продуктов нет. Сколько не пыталась Корниенко узнать, где райком партии, ей это не удавалось. Руководителей района на месте не оказалось (они вернуться на территорию Журавичского района только в декабре 1943 года). Пришлось Корниенко Т.Ф. начинать работу самостоятельно.
Из воспоминаний Корниенко Т.Ф.: «... У родителей я жила скрытно и потихонь-ку наводила справки о людях. Удалось установить, что на территории сельского совета живет много интеллигенции, комсомольцев, но есть и коммунисты. Первая встреча моя состоялась с агрономом Медведевой Натальей Савельевной. Она жила в доме отчима. В этой семье было два комсомольца Шаройко Матвей и Шаройко Елена (брат и сестра по матери Натальи). С этой семьи и начала я подпольную работу. К ним собирались моло-дежь, комсомольцы. Находя удобный момент, я начала посещать их дом. Это не вызыва-ло особых подозрений потому что мы с Натальей довоенные подруги...»
В первой половине сентября 1941 года в Свержене была создана комсомольская организация в составе: Шаройко Матвея, Шаройко Алексея, Бычинского Григория, Кудрицкого Леонида, Корниенко Т.Ф., Петроченко Николая. Секретарем назначили Петроченко Николая, который жил по соседству с Корниенко Т.Ф., что облегчало проведения встреч. Позднее в организацию вовлекли Кравченко Петра, Нестеренко Арона, Житкевича Николая, Селицкого Михаила.
В ноябре месяце 1941 года Сверженскую комсомольскую организацию возглавил прибывший из окружения офицер Журавлев Михаил Петрович, уроженец деревни Свержень, член партии с 1936 года. Перед войной он закончил военное училище, служил на Украине. Затем был направлен в Беларусь. Принимал участие в сражениях с фашистами в районе Витебска, где был ранен. После выздоровления вернулся на родину в деревню Свержень, так как пробиться на восток не удалось. Молодой лейтенант активно включил¬ся в деятельность Сверженских подпольщиков: вошел в состав подпольной партийной организации и возглавил подпольную комсомольскую организацию.
С ноября 1941 года по октябрь 1942 подпольщики уничтожили 9 вражеских машин, захватили трофеи, оружие и амуницию. Девушки-комсомольцы собирали оружие, распространяли сводки Сов информбюро, раскрывали населению настоящее лицо и сущность политики оккупантов, старались не допустить угона советских людей на работу в Германию.
Однако вести работу среди населения было очень трудно. Немцы активно использовали дезинформацию, заявляя, что Москве капут, советской власти капут. А перепрове¬рить эту информацию возможности не было. Больших трудов стоило доказывание лживо¬сти Геббелевской пропаганды, не имея почти ни каких убедительных аргументов.
Подпольщикам, как воздух нужен был радиоприемник. Корниенко Т.Ф. через свои связи разыскала радиомастера. Это был Иван Макарчиков, инвалид с детства, 16-ти лет. Он жил с матерью в деревне Гадиловичи. Его старший брат, танкист, был на фронте. Макарчиков обещал собрать приемник, но просил достать питание и лампы. С трудом, но и это удалось сделать. К концу дня 31 декабря приемник заработал. И первое, что обрадова¬ло подпольщиков - это  сообщение о разгроме немцев под Москвой. Были заготовлены листовки и эти сведения распространены в ближайших населенных пунктах. Сводку о разгроме немцев под Юхновом и под Москвой подбросили бургомистру и полиции.
Через некоторое время после оккупации немцы стали формировать в Свержене свою местную власть. Ставка делалась на ранее судимых, обиженных советской властью, бывших белогвардейцев, кулаков и т.д. Как во время сильного шторма на волнах появляется пена, так и в период наивысшей опасности для государства, проявились отдельные субъекты, которые были не прочь свести счеты с властью и своими односельчанами.
Хочу привести некоторые данные по отдельным немецким пособникам из деревни Свержень.
Дедков Василий Дмитриевич - кличка «Кожан», 1903 года рождения, уроженец и житель деревни Свержень Журавичского района, белорус, беспартийный, с 5-классным образованием, семейный, судимый в 1933 году за хулиганство на один год. До войны работал бондарем на смолокуренном заводе. С началом боевых действий был мобилизован в Красную Армию, попал в окружение в Буда-Кошелевском районе, остался проживать на оккупированной территории. Потом пошел на работу к немцам в должности лесника, где работал до марта 1942 года. С марта по сентябрь 1942 года служил полицейским в Сверженской полиции, а с сентября 1942 года - в Журавичской полиции. Выезжал на облавы на партизан, блокировку лесных массивов, вступал в боестолкновения с партизанами, нес охрану немецких коммуникаций, а потом был переведен в полевую жандармерию №129. Это Дедков организовывал слежку за подпольщиками Сверженя, поджог дом подпольщи¬цы Корниенко Т.Ф., вел ее розыск и намерение арестовать. Это он доносил Журавичскому коменданту о подпольных группах. Отступал Дедков вместе с немцами, продолжая им верно служить. Прибыв в Западную Беларусь, продолжал принимать участие в боях с партизанами, облавах, проческе лесных массивов, арестах граждан и разграблении их имущества. За активную борьбу с партизанами Дедкову немцами было присвоено звание унтер-офицера, а в феврале 1944 года он награжден медалью 2 степени с бронзовыми мечами. В августе 1944 года Дедков вместе с 4 немецкими пособниками был задержан бойцами Красной Армии, арестован, изобличён своими же подельниками, осужден и расстрелян.
Оказывали помощь оккупантам и другие жители Сверженя. На службу к немцам в должности бургомистра Сверженской волости пошел Бычинский Михаил. Это был малограмотный человек. Почти всеми делами в волости руководила его дочь Нина, учительни¬ца, которая презиралась населением и искала мужского внимания. Этим и решили вос¬пользоваться патриоты, поручив подпольщику Михунову И.А. наладить с ней контакт. Это дало возможность контролировать всю волостную переписку и принимать упреж¬дающие меры: прятать хлеб, спасать от угона в рабство молодежь, от смерти многих лю¬дей, в том числе и самих подпольщиков. На отдельные доносы, а они были, бургомистр действительно не реагировал. Последние сводки с фронта подсказывали ему быть осторожным. С ним беседовал коммунист Михунов И.А., который был желанным гостем в его доме. Бургомистру дали понять, что гибель хотя бы одного человека в волости по доносу грозит ему большими неприятностями и народным гневом. Более того 15 октября 1942 года связная Маркова Феня организовала встречу пар¬тизан с бургомистром Бычинским у него дома, где договорились о передаче всех полицей¬ских в партизанский отряд, о дальнейшей связи с партизанами и по другим вопросам. Бычинскому было разрешено работать бургомистром и оказывать помощь партизанам. Он предоставлял сведения о немецком гарнизоне в Довске и других деревнях, организовывал сбор теплой одежды, полушубков, валенок, рукавиц, телогреек и все это отправлял в ла-герь партизан с надежными людьми под видом поставок немцам. Снабжал необходимыми документами партизанам и их семьи. Выданный изменником, Бычинский немцами был расстрелян.
Collapse )

Праздник в Свержне

Вот уже второй год в День Святой Троицы в деревне Свержень  Рогачевского района  проходил праздник Свято-Троицкой криницы.
Не было никакой рекламы в районном масштабе, на сайте районной газеты было просто указано, что в Серебрянском сельском доме культуры проводится праздник. И ВСЁ?!
Но люди пришли/приехали, правда на личном транспорте (в отличие от прошлого года когда из города и из д. Серебрянка специально микроавтобусами привозили всех желающих, особенно пожилых людей)
И все-таки праздник удался!
А началось  все с крестного хода от развалин (иначе не назовешь) бывшей православной приходской церкви Святой Троицы в деревне Свержень и до святой кринички.
Вот открытие праздника

Приветственные слова от духовенства Гомельской епархии и районного Совета депутатов
И конечно выступление краеведа, инициатора восстановления Троицкой криницы Потапова А.Ф.
Collapse )
И хочется выразить слова огромной благодарности всем, принимавшим участие в  организации этого праздника, особенно директору Серебрянского сельского дома культуры Алтуховой Жанне Васильевне.

П.С. Может возникнуть вопрос - откуда у меня такой интерес к сверженской земле? Отвечу - дело в том, что моя мать и бабушка родом из деревни Ракутин что в 2-х километрах от Свержня. Их жизнь не разрывно была связана со Свержнем: бабушка здесь работала прислугой у богатых людей, мама окончила здесь семилетнюю школу. На ракутинском кладбище покоятся мой прадед Аким и прапрадед Парфен из рода Томашовых - выходцев из Смолигова. И мне доставляет огромное удовольствие, через 42 года жизни на просторах бывшего СССР а потом и РФ, прикоснуться к земле моих предков! И я действительно реально ощущаю тягу к этой земле, также как и к земле моих родичей по отцу в Ходосовичах!

Свержень - деревня в Рогачевском районе

4 июня с.г. в деревне Свержень состоится праздник «Свято-Троицкая криница».  Праздник Святой Тройцы проводится вот уже второй год и власти обещают сделать его ежегодным.
О самой деревне - в прошлом селе и местечке, а также о сверженских криницах написано много, в том числе и мною.
Я же сейчас постарался выбрать малодоступные сведения о деревне.
И так
Географический словарь Королевства Польского и других славянских стран. Т. 11 Издательство: Варшава: Nakl. Филипп Sulimierskiego и Władysława Walewskiego, 1880-1914, стр. 678
Свержень – местечко у реки Ракута, в 1-й версте от её впадения  в Днепр, уезд Рогачевский, 2-й стан, в 22 верстах от Рогачева, имело 610 жителей (295 мужчин и 315 женщин), в том числе 221 православных, 11 католиков и 378 евреев. 87 домов деревянных (32 принадлежали христианам, а 55 евреям). 7 склепов, церковь приходская каменная, молитвенный дом для евреев. Раньше был здесь костел католический, возведенный бывшим помещиком Сулистровским. В местечке имеется народная школа, мельница водяная и бывают небольшие ярмарки в день Вознесения Господня. Собственность Ердманов. На околице местечка в сторону Днепра были курганы, запаханные хозяевами, в которых находились разные предметы, относящиеся к каменному веку: топоры, молотки, наконечники копьев и стрел. Эти предметы хранились в собственности Ердмана в фольварке Сипоровка и уничтожены (пропали) во время пожара. В 8-ми верстах от деревни Юдичи находился земляной окоп, площадью до 3-х десятин и окруженный с одной стороны рвом, а с трех других земляными валами. Тот окоп зарос лесом. В пол версты от местечка построена у криницы деревянная каплица, прежде католическая, сейчас православная, по поводу чудотворного видения в этом месте образа, который здесь пропал. Родниковой воде местные жители приписывают лечебные свойства. Статус местечка Свержень получил в 1784 году.
Ракута – речка в рогачевском уезде, левый приток Днепра, до впадения Друти с противоположного берега. Там же, том 9, стр. 520.

Жучкевич В.А. Краткий топонимический словарь Белоруссии. Мн., Изд. БГУ, 1974. Стр. 335
Свер,жень  (Свер,жань) – село в Рогачевском районе. Название – термин: с в е р ж е н ь (с т в е р ж е н ь) – твердое место у реки в отличие от зыбких переувлажненных мест. Поселения, носящие это название, расположены у рек на не заболоченных берегах.

Из Списка населенных мест Могилевской губернии под редакцией исполняющего должность Секретаря Губернского Статистического Комитета Г.П.Пожарова. г.Могилев губ., губернская типография, 1910. Стр.144.
Свержень – местечко в Довской волости при реке Рекутке, принадлежит Сверженскому сельскому обществу, земли удобной 401 дес., неудобной 83 дес., под лесом – нет,  дворов 170, жителей мужского пола 177, женского 169. Ближайшее почтовое отделение в Гадиловичах в 6-ти верстах.

Праздник обещает быть веселым, насыщенным, в чем то похожем на дореволюционные ярмарки.
Приглашаю всех желающих приобщиться к Святому духу и природе.