December 24th, 2014

Войтенков Николай Григорьевич

Об этом человеке я случайно узнал из некролога, который написали журналисты Гомельской  правды 22 апреля 2013 г.
Земляк и замечательный человек! Светлая память и земля пухом...

Есть какая-то мистическая закономерность в том, что Николай Григорьевич Войтенков ушел из жизни накануне чернобыльской годовщины. Катастрофа на ЧАЭС, в одночасье изменившая жизнь тысяч жителей Гомельщины, стала своеобразным пробным камнем для людей от власти: нужно было принимать нелегкие решения, часто непопулярные, брать ответственность на себя, постоянно быть не только в курсе событий — оставаться в их эпицентре.
В самые трудные после Чернобыля дни и недели секретарь обкома Николай Войтенков вместе с председателем облисполкома Александром Граховским взвалили на себя нелегкую ношу, решая вопросы эвакуации людей из пострадавших районов и связанных с этим проблем. Но и спустя несколько лет, когда, казалось, тревожное время миновало, легче не стало: после развала СССР Беларусь оказалась наедине с Чернобылем. Николай Григорьевич постоянно бывал в загрязненных районах, встречался с людьми, выслушивал жалобы, решал неординарные задачи. Когда строительство центра радиационной медицины в Гомеле застопорилось, ему пришлось обивать столичные кабинеты, доказывая, аргументируя, убеждая. Нужно было буквально выбивать средства на строительство, вести множество переговоров, согласований, корректировок. Всё это не проходило бесследно, а выливалось в седину на волосах и глубокие зарубки на душе. Он горел на работе. Николай Григорьевич был очень неравнодушным и принципиальным человеком. Не умел ни под кого подстраиваться, убеждений не менял, говорил то, что думал. Всегда оценивал людей по делам, а не по словам. Жил по совести, к себе был очень строгим и ждал того же от других. Наверное, поэтому для некоторых он был неудобным человеком. Но тот, кто близко знал Войтенкова, понимал: он — человек со стержнем, настоящая личность, для него правда, справедливость, добро практически то же самое, что воздух, которым мы дышим, и земля, по которой ходим. А еще он очень любил людей. С особой признательностью вспоминал свою малую родину — очень дорогую для него деревню Болотня Рогачевского района, город Рогачев и рогачевцев. Считал, что жители Гомельщины отличаются особой теплотой, трудолюбием и настойчивостью. Уходя в 2009 году в отставку с государственной службы, искренне благодарил земляков за совместную работу, которые, по его словам, помогали, подсказывали, прощали ошибки. Таким Николай Григорьевич и останется в нашей памяти — внимательным, деликатным, скромным и при этом твердым и настойчивым человеком. А памятник ему уже есть: республиканский центр радиационной медицины, в который он вложил так много сил, давно работает в заданном ритме. Есть еще один памятник — в Праге. Там при активном участии Войтенкова в годы его работы послом в Чехии и Словакии появился памятник Франциску Скорине. И теперь, останавливаясь у скульптуры великого белорусского просветителя, люди добрым словом вспоминают и Николая Григорьевича. И, конечно, невозможно забыть еще один его очень человечный поступок. В тяжелое после развала Союза время, когда “Гомельскай праўдзе” не хватало средств для выпуска очередного номера, семья Войтенковых перечислила на это собственные деньги. Николай Григорьевич был очень внимательным читателем нашей газеты. Спасибо ему за всё.

Журналисты “Гомельскай праўды”

http://gp.by/category/news/society/56825.html

Василий Корольчук удостоен Иолшинской премии

В Рогачевском районном центре туризма и краеведения детей и молодежи состоялась четырнадцатая церемония вручения Иолшинской премии.

Краевед Михаил МИРОНОВ (справа) вручает Василию КОРОЛЬЧУКУ нагрудный знак лауреата Иолшинской премии.
Краевед Михаил МИРОНОВ (справа) вручает Василию КОРОЛЬЧУКУ нагрудный знак лауреата Иолшинской премии.
Иолшинская премия утверждена в Рогачевском центре туризма и краеведения в 1992 году. Ее лауреатами стали наши уважаемые земляки Михаил Макаров, Александр Рикунов, Марат Горевой, Александр Лейкин, Михаил Николаенко, Михаил Миронов, Игорь Язепенко, Александр Потапов, Михаил Ольха и, к сожалению, уже ушедшие из жизни Владимир Поладенко, Владимир Немизанский, Михаил Комаров, Михаил Россолов.
Четырнадцатым лауреатом Иолшинской премии стал заместитель председателя райисполкома Василий Корольчук, который уже много лет увлекается историей Рогачевщины. С 1992 года Василий Степанович состоит в творческой группе по созданию документальной хроники «Память. Рогачевский район». С его легкой руки в средней школе №6 организована музейная экспозиция. Кроме этого, краевед проделал огромную работу по истории боевого пути 167-й стрелковой дивизии 63-го стрелкового корпуса 21-й армии и активно участвовал в республиканской научной конференции «Рогачевщина в 1941 году».
История родного края – одна из важнейших ценностей. Пополнять, сохранять историю и передавать ее молодому поколению через свои произведения, научно-исследовательские работы, музейные экспозиции – главная задача лауреатов Иолшинской премии.
Экскурс в историю
Иолшинская премия основана в честь человека, который внес неоценимый вклад в развитие Рогачева. Русский дворянин Василий Иолшин служил офицером в кавалерии, был участником Крымской военной кампании 1853-1856 годов. В отставку вышел в звании штаб-ротмистра и в 1862 году с женой Варварой поселился в Рогачеве.
Почти сразу его выбрали почетным смотрителем местного дворянского пятиклассного училища. А с 1864 и до 1894 года Василий Васильевич Иолшин занимал почетную должность предводителя местного дворянства, и именно ему приходилось в то время решать все вопросы, связанные с благоустройством города. В результате к концу XIX века о Рогачеве звучали самые положительные отзывы. Маленький городок стал известен в России и Европе. В 1870 году был открыт большой городской парк по улице Быховской (сейчас улица Ленина), который впечатлял своим местоположением на берегу живописной реки Днепр. В 1886 году был воздвигнут величественный собор Святого Александра Невского, построенный в псевдовизантийском стиле.
У супругов Иолшиных не было детей, и все доходы со средств, вложенных ими в банк, тратились на благо города согласно составленному документу еще при жизни меценатов. Благодаря этому в 1905-1910 годах в Рогачеве был построен театр на шестьсот мест, реальное училище и богадельня (дом для бедных старых людей).
Меценаты Иолшины любили свой город и делали все возможное для его процветания. Они похоронены в семейном склепе на старом городском кладбище.
Наталья ПЕТРУЩЕВА.
Фото Раисы БОРОВОЙ.
http://www.slova.by/?p=51031

P.S. Выделения фамилий - мои.

Ушел в бессмертие

Этот материал я нашел в газете Гомельского государственного университета им. Франциска Скорины в № 12 за 19 июня 2014 г.

В памяти жителей моей родной Беларуси остался каждый третий, погибший во имя нашей жизни. И спустя 70 лет в на­шей стране не найдется ни одной семьи, где не вспоминали бы в дни торжеств имена павших героев. И хотя все мень­ше и меньше становится среди нас тех, кто ковал эту победу с оружием в руках, сменилось несколько поколений, родившихся после той памятной даты, - эти имена будут жить вечно. Такова особенность человека: хранить и передавать потомкам наиболее важные, торже­ственные и горькие события своей жизни, своей истории.
И в нашей семье всегда хранится па­мять о павших в Великую Отече­ственную войну. Я помню с дет­ства,  как моя бабушка бережно пересмат­ривала какие-то бумаги, тяжело вздыха­ла и снова складывала их в полевую сум­ку. Она постоянно хранила ее и оберега­ла от нас, ее внуков. Позже, когда пошла в школу, я узнала, что эту сумку, ордена и медали ей передали друзья и соратни­ки сына по борьбе с врагом. Затем в нее перекочевало и извещение о героической гибели на Курской земле ее мужа, моего дедушки, В сумке находилось и един­ственное письмо сына, в котором он пи­сал о своей борьбе с фашистами.
Шло время, К бабушке приходили люди, просили эти реликвии, кто для му­зея, кто для написания истории партизан­ского движения, кто для газетной статьи. Документов становилось все меньше, но бабушка часто рассказывала о своей жиз­ни, жизни своей семьи и, конечно, о сыне. В моей памяти так и остался образ про­стой советской семьи довоенных лет, где муж и жена стремились быть достойны­ми друг друга, воспитывали детей патри­отами своей Родины.
Когда бабушка умерла, осталась эта память, дополненная ее образом, всегда для нас живым, И мы всю жизнь будем благодарны ей за то, что она наполнила нашу память любовью к Родине,
Память... Не всегда легко писать о том, что она хранит.  Еще труднее писать о том, что осталось в твоей памяти о род­ных и близких. Вот и я взялась за перо и пишу о человеке, образ которого с ран­них лет вошел в мою жизнь, моем дяде - Евгении Езепове. Для меня он навсег­да останется молодым: в день гибели ему было двадцать. До войны он окончил Журавичскую среднюю школу Рогачевского района, На третий день ушел на фронт отец, Рвался туда и сын, Он хотел воевать вместе с отцом, но в военкома­те ему отказывали, ссылаясь на непри­зывной возраст. Враг приближался к Рогачевщине. Окрестные леса наполнились лазутчиками и диверсантами. Женя ре­шил, что с оружием в руках можно сра­жаться не только на фронте, но и в тылу. Он стал бойцом истребительного отряда. Пошел на хитрость, как делали большин­ство его сверстников, чтобы добавить себе годы, Это было сделано с молчали­вого согласия матери. В истребительном батальоне он понял, что такое воинская дисциплина, как необходимы каждому бойцу бдительность и смелость. Здесь он получил первую воинскую благодарность перед строем за задержание диверсанта.
Приближался фронт. Население эваку­ировалось в советский тыл. Женя помог матери, младшему брату и сестре со­браться в дорогу. Мать рассталась с сы­ном, как оказалось, навсегда.
Сначала Женя по-прежнему оставался в истребительном батальоне, затем его направили в спецшколу. Глубокой осе­нью 1941 года он снова появился на Рогачевщине, но уже в деревне Пахарь, где жил его дедушка Иван Моисеевич, участник русско-японской войны, делегат первого съезда колхозников. Несколько дней Женя не выходил из дома, слушал рассказы дедушки о "новом порядке", о том, как встретили фашистов советские люди, о тех, кто пошел к ним в услуже­ние.
Потом Женя начал исчезать то днем, то ночью, а то и на несколько дней, И в это же время по району пошли слухи, что на Гомельском, Быховском, Довском и Жлобинском шоссе взрывались немецкие машины, исчезали немецкие фуражиры. Внук выслушивал деда и молчал, но ста­рый солдат сердцем чувствовал причас­тность к этому Жени и открыл ему сек­рет: показал целый арсенал - винтовки, пулеметы и гранаты, взрывчатку, которые оставил ему на хранение командир отсту­пающей воинской части, После этого от­крытия случаи с фашистами на дорогах участились. Внук открылся деду, что при­был из-за линии фронта и окончил школу подрывников. Так установился полный контакт между внуком и дедом, молодым и старым русскими солдатами, Они оба решили искать связь с партизанами, пе­редать им оружие,
Случай заставил ускорить поиски. Под­вела граната, которую после возвраще­ния из очередного похода Женя спрятал от бабушки в припечке и забыл о ней. Граната разнесла всю печь, но, к счас­тью, никого не было дома, Этот случай привлек внимание полицаев, Они переда­ли деду, чтобы внук и его друг явились на заготовку дров немцам. Женя и его друг Семен Горбачев не хотели работать на врагов, и ушли в партизанский отряд.
Женя стал разведчиком-подрывником, за­тем командиром разведывательно-под­рывной группы, Семен - разведчиком, связным командира бригады.
Комсомолец Езепов просился на са­мые опасные задания. За храбрость и отвагу, душевность и бескорыстие он пользовался уважением командования и всей бригады,
Однажды, когда необходимо было уз­нать количество врагов в поселке неда­леко от Дедлова Рогачевского района,  Женя и его товарищ нагрузили телегу боч­ками и открыли торговлю. Когда враги окружили новоявленных купцов,  Женя дал знак своему напарнику. Тот хлестнул лошадь, а Женя из выхваченного из-под бочек автомата поливал огнем растеряв­шихся фашистов. Когда оккупанты опом­нились, юные мстители уже скрылись в лесу
Часто Женя ходил в стан врага, переодевшись в немецкую форму. Владея в совершенстве немецким языком, он при­носил очень важные сведения. Слава о молодом партизане широко распространи­лась по району. Но какой-то предатель выдал немцам его имя. Фашисты раскле­или листовки, в которых за голову Евгения Езепова обещали сто пудов соли и много денег. Предателей, к счастью, не нашлось.
До матери, которая была с двумя деть­ми в эвакуации в Саратовской области, дошло лишь одно Женино письмо. Он писал: "Дорогая мама. Партия и прави­тельство доверили мне большое дело, посылая в тыл врага бить кровавого врага нашего народа. Я это доверие вы­полняю. Всячески стараюсь нанести вред врагу и в особенности в транспор­те. Ну а если попадется фриц на гла­за, то в редких случаях он от нас уйдет живым. Мама, за все время, как я нахо­жусь в отряде, я спустил под откос 11 эшелонов с боеприпасами и живыми фрицами. За это командование бригады меня представило к государственной награде. И клянусь тебе, мама, что я еще больше буду спускать эшелонов, чем спускал раньше."
И сын выполнил клятву. Его счет эше­лонов оборвался на восемнадцатом, ко­торый слетел под откос на участке Солтановка - Жлобин. Так он отомстил за отца, о гибели которого узнал накануне.
После успешного выполнения задания на рассвете партизаны зашли отдохнуть к связным в д.Святое (ныне Кирово) Жлобинского района. Но деревню окру­жили фашисты и полицаи, предупрежден­ные предателем. "Отходить в лес, я при­крою", - раздалась команда командира. Он выбрал удачную позицию и открыл огонь из пулемета, Более получаса про­должался неравный бой. Кончились пат­роны, Женя понял, что его хотят взять живым. Тогда он разобрал пулемет, раз­бросал его по полю, спрятал в фуражку единственную противотанковую гранату, зажал ее двумя руками и поднялся во весь рост. Враги бросились к партизану, но Женя шагнул им навстречу и выдер­нул чеку
Мощный взрыв прокатился по округе. Вокруг отважного партизана лежало бо­лее десятка фашистов. Оставшиеся в живых бросились врассыпную и долго не могли от страха подойти к месту герои­ческой смерти комсомольца-подрывника.
Это было 26 июня 1943 года. Местные жители тайком спрятали останки молодо­го партизанского командира,
Могила Евгения Езепова находится в деревне Кирово Жлобинского района. Его имя носит пионерская дружина Журавичской школы, в которой он учился, улица, на которой он жил,
Никто не знает, о чем думал бес­страшный партизан в свои после­дние минуты. Но известно одно - он без колебаний отдал жизнь Родине. В этом его сила, воля, характер, храбрость и величие. Он навечно остался в памя­ти товарищей по борьбе, земляков и на­рода, И эта память призывает нас быть достойными павших, продолжателями их стремления к созиданию и миру.
Ирина ЭСМАНТОВИЧ, декан юридического факультета.

P.S. Есть небольшая заметка о герое этого повествания и в книге Память Рогачевского район.